содержание
концепция 1. в духе времени или дух времени? 2. документирующее и манифестирующее 3. образ и метафора 4. провокация или обращение к личному? 5. больше чем личное заключение
Концепция
Если попросить простого обывателя представить фотографию поцелуя, то есть большая вероятность, что в голове его возникнет или изображение его самого с близким человеком, или свадебный снимок родителей из семейного альбома — в любом случае, велика вероятность что любому вспомнится кадр любительский — личный и интимный. Собственно, как и сам момент.
Очевидно, что с развитием технологии фотографии запечатлеть личные моменты стало гораздо легче и доступнее, чем это, например, было во времена живописи и рисунка. Безусловно, поцелуи изображались в искусстве, однако чаще были обобщенным символом любви, страсти, нежности, а главное — не привязывались к конкретным людям. Фотография же делает всё наоборот: она фиксирует реальных людей в реальный момент, и поэтому лишает интимный жест обезличенности. Личный момент становится доступен широкому взгляду, а иногда — даже становится знаковой картинкой, которую знают миллионы.
Почему и как фотография превращает личный момент в образ, который выходит за рамки частного? Как использует его, и может ли он стать символом, метафорой или публичным высказыванием?
Эта работа посвящена исследованию того, как поцелуй — один из самых личных и интимных жестов — меняет свой смысл, когда оказывается в медиуме фотографии. Выбор фотографий, изображающих именно поцелуй был обусловлен тем, что этот жест — одновременно очень личный и бытовой — знаком каждому, однако именно фотография превращает его из частного момента между двумя людьми в изображение, которое может стать частью культуры. В отличие от других медиумов, фотография неизбежно сохраняет конкретность — несёт в себе документальный след реальности. Именно это делает тему интересной: фотография, по сути, размывает границу между частным и публичным, превращая момент интимности в культурный символ. слева: Joseph Henabery - Rudolph Valentino and Nita Naldi for Cobra movie, 1925
Целью визуального исследования является проследить, как фотография раз за разом пересобирает границу личного и общего, превращая конкретный личный жест в визуальный знак.
Для данной цели были подобраны различные текстовые и визуальные источники. Текстовые источники представляют собой статьи о фотографии как от самих авторов, так и от критиков, и отбирались по их способности раскрыть особенности медиума фотографии.
Охватить все фотографии поцелуев невозможно, поэтому при выборе визуального материала я ориентировалась на самые знаковые и культурно ценные кадры, а также кадры знаковых фотографов, раскрывающие аспекты, рассматриваемые в конкретной рубрике. Их цифровые копии отбирались из каталогов как самих фотографов, так и издательств и аукционов.
Структура исследования разделена на пять рубрик, каждая из которых отвечает за отдельный аспект превращения личного в символическое. В первой рубрике рассматриваются фотографии с точки зрения их рефлексии эпохи и времени. Во второй рубрике рассматриваются изображения поцелуя в документальной фотографии, исследующие, как один образ становится разным социальным высказыванием. В третьей рубрике анализируются кадры, в которых поцелуй используется как художественный прием, символ и знак. В четвёртой рассматривается грань между фотографиями, где поцелуй существует как тщательно сконструированный образ, и кадрами, где он являет собой жест искренности со зрителем на примере кадров из журнальной и модной фотографии. Пятая рубрика посвящена снимкам поцелуя в культуре, выходящим за рамку личного — становясь частью самопрезентации, запечатлением времени или игрой формы.
1. в духе времени или дух времени?
Первые исследователи новой технологии зачастую опирались на уже существовавшие до этого визуальные ходы, не исследуя возможности нового медиума. Яркий пример — творчество пиктореалистов. Изображение Кларенса Уайта визуально отсылает к предметам живописи и рисунка, заимствуя их композиционные и сюжетные особенности. Поцелуй здесь — наследник образов прошлых эпох.
The Kiss, 1904 Clarence H. White
Иное наблюдение о начале века можно сделать из снимков великого фотографа Андре Кертеша. Данные кадры из начала его творческого пути — не содержат экспериментов с формой и композицией(в отличие от кадра слева), однако на их примере можно увидеть, как фотограф становится безмолвным свидетелем реальности — наблюдает и создает ее. Поцелуй на них — момент, в первую очередь, трогательный.
слева: André Kertész – Distortion #34, 1933
The Kiss, Budapest, 1915 André Kertész (American, born Hungary, 1894 — 1985)
Gypsy Children Kissing, Esztergom, Hungary 1917, printed 1970s André Kertész
Еще один известный фотограф венгерского происхождения — Брассай(Дьюла Халас), известен благодаря своим искренним кадрам, воспевающим Париж со всех его сторон — зачастую самых неприглядных. Париж — город любви, и, конечно, поцелуев. Один из самых известных снимков фотографа — влюбленная пара в кафе. На первый взгляд это спонтанный снимок за мгновение до поцелуя, однако композиция кадра слишком выверена, чтобы оказаться случайной. Благодаря определенной точке съемки, мы видим отражения лиц в зеркалах так, что один момент разделяется сразу на три ракурса — счастливое лицо женщины, глаза мужчины, и их общий силуэт. Композиция в кадре так идеальна, что заставляет невольно задуматься о подлинности момента. Однако сам Брассай писал, что «смысл искусства не в правдивости, а в правдоподобии».
Brassaï, 1899 — 1984 Lovers in a Paris Cafe, 1932
BRASSAÏ (1899-1984) Couple kissing under the Pont au Double, Paris, c. 1935, The Kiss, 1935–1937
Однако, пожалуй, самый известный снимок поцелуя — «Поцелуй у Отель-де-Виль» Робера Дуано — икона французской фотографии и символ романтики Парижа.
Robert Doisneau, 1912-1994 The Hôtel de Ville Kiss / Le baiser de l’hôtel de ville, 1950
Кадр был заказан фотографу журналом LIFE для серии «парижские любовники», отражающей свободолюбивый и романтичный Париж. Момент на снимке кажется случайным: пара целуется среди городской суеты, и их жест будто выхвачен из жизни. Однако затем стало известно, что кадр был постановочным — и это лишь усилило интерес к нему.
Именно это сочетание естественности и постановки делает фото особенным. Фотография в данном случае работает как механизм мифологизации: одна конкретная пара и один инсценированный момент становятся всемирным визуальным знаком любви. Дуано использует документальную форму — размытый город на заднем плане со случайными прохожими, точка зрения из кафе, однако для того, чтобы передать не факт, а ощущение, создавая свой прекрасный образ города.
2. документирующее и манифестирующее
Камера документалиста способна увидеть то что, большинство людей никогда не увидит. Или, никогда не заметит. Документальный кадр фиксирует действительность, несет в себе некое сообщение или новость, поэтому зачастую и поцелуй в ней — не жест любви двух конкретных людей, а запечатление некоего события, лишь сопровождающегося поцелуем.
Тем не менее, оказалось, что именно этот акт нежности может особенно ярко и эмоционально окрашивать кадры, создавая культовые образы.
На снимке слева — Ричард Рэмси, работник косметической компании, покрыт следами от поцелуев с губной помадой, чтобы доказать, что красители в помадах безвредны. слева: Yale Joel — Richard Ramsey, worker in cosmetic company covered with relics of iipstick kisses, 1960
Grey Villet — University of Michigan student couple, 1957
Наглядным примером этому взаимодействию контекста и образа могут послужить культовые снимки из журнала LIFE. Например, снимок Грея Виллета целующейся в стенах Мичиганского университета пары был создан во времена, когда руководство университета требовало чтобы «пары стояли обеими ногами на полу». Их импровизированный поцелуй становится скорее проявлением бунтарства и наглости в строгих рамках. На снимке Герберта Гера пара целуется во время работы подсоединенного к ним детектора лжи, считывающего сигналы для измерения их эмоциональной реакции. А на снимке Альфреда Айзенштадта, при первой неочевидности, изображена пара из Южного университета.
Herbert Gehr — A man and woman kissing while geared to a lie detector, 1939 Alfred Eisenstaedt — Couple kissing in front of the Delta Tau Delta mummy, 1940
С точки зрения образности и символа поцелуй можно назвать пиком нежности и любви. Возможно именно поэтому, во времена особенно суровые, когда потребности и желания редуцируются до самых простых и базовых, именно кадры с живым поцелуем обретают особую силу визуального воздействия на зрителей. Так, с военного времени существует множество кадров, документирующих поцелуи девушек простых солдат, а также поцелуи в моменты встреч и расставаний.
слева: Irving Haberman — Actress Marlene Dietrich Kisses a Soldier Returning Home from War, 1945
John Florea — Actress Marilyn Hare being kissed by soldiers, 1942
Самый известный из подобных снимков — фотография Альфреда Айзенштадта 1945 года, где радостный американский моряк сжимает медсестру в страстном поцелуе, в то время как тысячи людей заполняют Таймс-сквер, чтобы отпраздновать долгожданную победу над Японией.
Alfred Eisenstaedt — V-J Day in Times Square, 1945
Еще один поцелуй из журналистики, ставший широко тиражируемым культурным феноменом благодаря его цитированию на граффити Дмитрия Врубеля в East Side Gallery, и который невозможно обойти стороной — поцелуй генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева и руководителя ГДР Эриха Хонеккера. Сам снимок, представляя сомнительную художественную ценность, благодаря взгляду и использованию художником, перешагнул из пространства констатации в поле художественного высказывания.
Regis Bossu — The Socialist Fraternal Kiss between Leonid Brezhnev and Erich Honecker, 1979/Dmitri Wrubel — «Mein Gott, hilf mir, diese tödliche Liebe zu überleben!», 1990
