Концепция
Музыкальная культура Перми последних 50 лет изучена мало и почти не представлена в публичном пространстве. Несмотря на локальную известность некоторых групп и фестивалей, история пермской сцены всё ещё складывается из фрагментов — воспоминаний музыкантов, отдельных публикаций и аудиозаписей. Это исследование помогает понять, как развивалась локальная сцена, какие внутренние и внешние факторы влияли на музыку, и как формировалась рок-культура в постсоветском регионе.
Исследование делится на шесть временных этапов, каждый из которых отражает культурные, социальные и организационные изменения пермской рок-сцены:
• Пролог (конец 1960х – 1983 г.) — формирование фундамента через студенческие ансамбли, ВИА, ресторанные группы;
• Начало (1984 – 1989 гг.) — появление первых арт-роковых проектов, первые попытки создать рок-клубы и андеграунд-группы;
• Золотой век (первая половина 1990-х) — хаотичное освоение концертных пространств, формирование новых групп и локальной аудитории;
• Продолжение (вторая половина 1990-х) — фестивальная институциализация сцены, смена лидеров, эксперименты и первые контакты с властями;
• Новый век (начало 2000-х – 2009 г.) — появление более профессиональной сцены, влияние медиа и шоу-бизнеса, новые имена и цифровая адаптация;
• Современность (2010-е – настоящее время) — ренессанс старых групп, выступления локальных коллективов на общероссийском и европейском уровнях.
Ключевой вопрос: Как локальная рок-сцена Перми формировалась и развивалась под влиянием внутренних ресурсов и внешних культурных изменений в течение последних 50 лет?
Гипотеза: Музыкальная сцена Перми развивалась как самодостаточный культурный организм, где внутренняя динамика, личная инициатива музыкантов и локальные институты (клубы, фестивали, продюсерские центры) оказывались важнее внешних тенденций и массовой поддержки медиа.
Визуальный материал подбирается так, чтобы показать сцену в динамике: фотографии групп, клипы, записи концертов и аудиозаписи, отражающие ключевые этапы развития. Приоритет отдаётся разнообразию форматов и достоверности — ориентир на архивные материалы, первоисточники и воспоминания участников сцены.
Текстовые источники включают интервью с музыкантами, статьи, воспоминания, публикации в локальной и федеральной прессе, а также исследования о российской рок-культуре. Для анализа используется хронологический подход (исследуется развитие сцены и трансформация рок-культуры Перми во времени) и контекстный подход (рассматриваются музыкальные явления в связи с внешними и внутренними условиями), что позволяет наглядно показать эволюцию локальной сцены.
Пролог (конец 1960х — 1983 г.)
Пермь 1970-х — большой индустриальный город, живущий по инерции советской культурной машины. Театры, художественные училища, несколько вузов, музеи — интеллектуальная среда здесь была, но доступ к свежей информации оставался ограниченным. Закрытый для иностранцев регион почти не был связан с мировыми музыкальными тенденциями, поэтому местная сцена развивалась в основном самостоятельно.
Музыка того времени существовала в виде школьных ансамблей, вузовских ВИА и ресторанных коллективов. Играли всё, что могли достать: советскую эстраду, западные хиты вроде The Beatles, Creedence, Deep Purple. Иногда пытались сочинять собственные песни, но они редко приживались. Тем не менее именно в этой смеси умелой самодеятельности и студенческого задора закладывался фундамент будущей рок-сцены.
«Никто не мог тогда и помыслить, что несколько модернизированная смесь блюза, кантри и британской эстрады, обладает разрушительным эффектом и способна сыграть заметную роль в судьбе страны» — пишет Сергей Дюкин, активный участник пермского рок-движения [2]
«Лесные братья»
Одной из первых команд, которые можно считать истоком локального рока, стали «Лесные братья». Образовавшись в конце 1960-х годов, коллектив сумел соединить элементы западного рок-саунда с собственной культурной и социальной средой, что сделало их музыку уникальной для советского времени. Уже в первые годы существования они выступали на локальных площадках и постепенно завоевывали внимание неформальной молодежи города.
Хроники группы [5] описывают Пермь того времени очень подробно: маленькие клубы, городские парки, редкие площадки, где «новая» музыка становилась центром притяжения. Эти пространства формируют самосознание музыкантов — ощущение, что звук можно искать и придумывать, а не просто копировать.
«Рифы»
Еще один ранний след оставила бит-команда «Рифы», начавшая выступать в 1968 году в клубе «Металлист», который по сей день находится на Вышке-II. Их репертуар отражал характерную для эпохи эклектику: западные хиты, танцевальные треки и всё, что цепляло аудиторию.
Группа играла в саду Свердлова, в Дворце Ленина и быстро стала заметной в городе. Для многих слушателей «Рифы» стали первым опытом живой западной музыки (пусть и через советский фильтр).
Значение таких коллективов трудно переоценить: именно они вырастили первых пермских поклонников, которым позже понадобится музыка другого масштаба.
Сборная «Лесных братьев», «Рифов» и «Тон-тона», студенческая весна, 1969 г.
«Парма»
В конце 70-х появляется «Парма» — группа, существовавшая всего 2 года, но успевшая оставить яркий след. Играли каверы: The Beatles, Uriah Heep, Sweet, Deep Purple, Bee Gees и немного своих песен. Такой репертуар делал их универсальными гостями на свадьбах, юбилеях, школьных танцах.
По воспоминаниям участника группы на вечеринки в школу №65 «...слетался буквально весь Закамск. Из-за хронической нехватки мест зрителей зачастую не пускали в зал, но ребята не отчаивались, они слушали, плясали и оттягивались просто под школьными окнами, вплоть до окончания концерта» [4].
Фотографии участников группы «Парма», 1977–1979 гг.
Начало (1984–1989 гг.)
Середина 80-х становится переломным моментом. Пермская сцена меняется: появляются группы, которые выходят за рамки студенческой самодеятельности, и первые организованные площадки. Это время экспериментов, ошибок, столкновения разных подходов, формирования «официальных» коллективов и андеграунд групп.
«ДОМ»
Поворотной стала история группы «ДОМ». Команда выросла из бардовского круга Олега Новосёлова, но к 1987 году превратилась в полноценный арт-роковый проект со скрипкой, флейтой и 12-струнной гитарой. Для части местной тусовки «ДОМ» выглядел «каким-то прилизанным» [2], а зрители посчитали их дебютное появляение на сцене «случайным недоразумением» [4], но именно они стали первой пермской группой, получившей большой союзный успех.
В 1987 году они выступили на фестивале «Рок-панорама-87» в Москве и внезапно стали «официальным лицом» пермского рока. Затем последовали гастроли по СССР и Европе, запись альбомов, участие в фестивалях. Именно участники «ДОМа» позже стали инициаторами движения Rock-Line, ключевого для всей дальнейшей истории пермской сцены.
Первые рок-клубы
К концу 80-х рок-клубы стали модным элементом перестроечной культуры. В Перми тоже попытались создать подобную структуру, но обе попытки оказались провальными.
Первый рок-клуб (1987) был создан на базе «Любительского объединения композиторов Прикамья». Руководил профессиональный композитор Сергей Чайников. На открытии выступали «ДОМ», «Эксперимент», «Трест» и другие локальные коллективы. Документов о деятельности объединения почти не сохранилось. Современники вспоминают, что проект воспринимался как «продукт официальной политической спекуляции на рок-музыке, не имеющей отношения к реальному андеграунду» [2].
Второй рок-клуб (1988) возглавил меломан и коллекционер пластинок Борис Бейлин. Проект тоже был во многом формальным: клуб создали раньше, чем под него нашлись музыканты. Тем не менее, вокруг него начали появляться первые «официальные» пермские группы: «Трест», «Шлагбаум», «Штраф», «Испорченный продукт».
Борис Бейлин, глава рок-клуба (1988), участник группы «Испорченный продукт», а также основатель популярного пермского магазина виниловых пластинок Spin, 2024 г.
«Испорченный продукт», «Шлагбаум» и «Трест»
Многие из вошедших в рок-клуб группы создавались энтузиастами-меломанами и ориентировались на гитарную новую волну. Однако сами музыканты идентифицировали собственное творчество по-разному.
«Испорченный продукт» возник как эксперимент: участники изначально шутили над идеей создать панк-группу, в которой никто не умеет играть. Их скандальное выступление на фестивале «Уральский рок-89» принесло коллективу всероссийскую известность, вызвав «крайне неоднозначную реакцию в среде музыкальных критиков, при этом неожиданно удостоившись отдельной статьи о себе на страницах первого выпуска независимой рок-н-ролльной газеты „Иванов“» [4].
«Шлагбаум» вырос из круга меломанов с «пластиночной толкучки», вдохновлявшихся западной музыкой. Участники осваивали гитарные манеры западных музыкантов, создавая более «модерновый» звук по сравнению с ВИА-подходом.
«Трест» формировался на базе профессионального ВИА, переосмыслившего себя в контексте перестроечной свободы.
Волна андеграунда
Параллельно в городе формировалась новая волна исполнителей, стоявшая в стороне от официальной культуры: «Пагода», «Абрам Пятница», «Танцы на траве», «Тараканы», Евгений Чичерин. Они отличались большей музыкальной разнообразностью и внутренней свободой. Их объединяли юный возраст, отсутствие институциональных рамок и устремеленность на подлинный рок-н-ролльный дух.
«Пагода» экспериментировала на стыке авангарда и этно, «Абрам Пятница» тяготела к британской новой волне, «Танцы на траве» и Чичерин развивали фолк-рок, а «Тараканы» исполняли «Психоделичный Панк-н-ролл».
