Концепция
Может ли нечто столь простое и неуловимое, как обычный звук, эхо, послезвучие, определять то, как человек понимает себя и мир вокруг себя?
Ревербация — это исторически важный, но малозаметный феномен в человеческой культуре, прошедший большие метаморфозы с течением времени.
Корни реверберации уходят далеко в прошлое: эффект играл важную роль в средневековых соборах, где каждый голос растворялся в сакральном божественном пространстве, в попытке человека услышать не себя, а что-то большее, чем его индивидуальность. Но что происходит, когда реверберация перестаёт быть имитацией физического пространства и становится выражением внутреннего состояния?
Изначально реверберация служила отражением архитектурного пространства и его акустических свойств, но с появлением цифровых технологий произошёл радикальный сдвиг. Эффект от чисто физического явления достижимого в особом архитектурном пространстве трансформируется до состояния, ощущения, крика, преодолевая рамки так такогового места.
Гипотеза данного исследования заключается в том, что эффект реверберации напрямую коррелирует с эволюцией потребностей общества в каждую цифровую эпоху. Реверберация меняется не только из-за достижений человечества в мире технологий — она меняется потому что меняется то, что общество хочет через неё выразить. Изначально реверб помогал найти ощущение божественного, через сакральное пространство. После в XX веке была необходимость в контроле своих эмоций и этого абстрактного звучания. А в цифровую эпоху поколение уже нуждалось в инструменте выражения боли, изоляции и стиля жизни. Таким образом, анализируя эволюцию реверберации, мы одновременно анализируем эволюцию потребностей общества.
«Reverb is the sound of a space. It’s not an effect — it’s evidence.»
Брайн Ино
* «Реверберация — это звук пространства. Это не эффект — это доказательство».
Это означает, что звук функционирует как зеркало исторических потребностей: когда обществу нужна вера — реверб становится голосом Бога; когда нужен контроль — становится инструментом художника; когда нужно выражение внутреннего мира — становится языком травмы. Реверберация таким образом демонстрирует, что технология звука никогда не бывает нейтральной — она всегда отражает то, в чём нуждается человек в данный момент времени.
Но это переопределение возможно благодаря трём ключевым трансформациям: технологической (от механических ревербераторов к алгоритмическим), культурной (от сакральной функции к психологической) и поколенческой (своя боль поколения). Именно это подчёркивает продюсер Whitearmor, один из битмейкеров Drain Gang, который рассматривает реверберацию не как технический эффект, а как язык. Эта философия отражает фундаментальный сдвиг в понимании того, как звук может работать в любую эпоху.
Предметом исследования служит реверберация как писхоакустический феномен отражающий эволюцию способов выражения потребностей общества от Средних веков до цифровой эпохи. А вот объектом является исторические трансформации функции реверберации в музыкальной культуре, анализируемые через призму развития технологии и изменения социальных потребностей.
Методология моего исследование основывается на анализе исторического и культурного контекста в купе с анализами произведений и психоакустической аналитикой. Исторический анализ несомненно важен, так как с его помощью мы прослеживание эволюцию реверберации с технической точки зрения, так как звук напрямую зависит от технических параметров, которые трансформируют восприятие и создают специфические эмоциональные состояния. Детальное изучение конкретных периодов и композиций дает нам выявить закономерности в использовании эффекта. Немаловажен и социально-культурный контекст, он выявляет соответствия между технологическими изменениями и изменениями в сознании общества. В данном случает от сакральных потребностей человечество дошло до контроля над эмоциями, а позже над их ярким выражением.
Каждая глава рассматривает определенный исторический период, демонстрирует как изменилась потребность общества в том, что может выразить реверб, и как реверберация трансформировалась, чтобы ответить на эту потребность. Таким образом, исследование показывает, что звук — это не просто феномен, а исторический документ потребностей человечества.
Акустические истоки: реверберация как природный и сакральный феномен
Что такое реверберация?
Реверберация — это физико-психологическое явление: сложное сочетание многочисленных отражённых звуковых волн, которые продолжают звучать после остановки источника, создавая ощущение «послезвучия». Её главный параметр — RT₆₀, то есть сколько времени нужно, чтобы звук стал тише на 60 dБ. RT₆₀ зависит от того, насколько большое помещение, сколько в нём твёрдых отражающих поверхностей и насколько хорошо стены, мебель или люди поглощают звук. («Reverberation», Sabine, W. C. (1900))
Проще говоря реверберация — это «хвост» звука, который остаётся после того, как источник замолчал. Она не звучит как отдельные повторения (это эхо), а как мягкое, постепенно растворяющееся облако звука. Когда вы хлопаете в большом помещении и звук как будто ещё немного «живет» в воздухе — вот это и есть реверберация.
Длительная реверберация увеличивает «вес» и «глубину» звучания, смягчает артикуляцию (понижает разборчивость речи) и меняет тембральное восприятие (удлинение восприятия низких частот из-за их большей длительности в больших объёмах).
Средневековые соборы и монастыри как первые «ревербераторы»
Первые места, в которых бы мы могли услышать ревербацию стали средневековые соборы и монастыри. Архитектура этих сооружений (позднеантичные базилики, романские и особенно готические соборы) буквально создала «первые» большие естественные ревербераторы. Огромные объёмы, каменные поверхности, высокие своды и длинные нефы из-за множества отражений создаёт эффект «звука повсюду»: голос теряет локальное происхождение и превращается в однородное звуковое облако. Это вызывает ощущение масштаба и возвышенности, будто звук приходит «не от человека, а свыше». Поэтому пространственная акустика стала важным инструментом усиления религиозного воздействия. («Blesser & Salter, Spaces Speak, Are You Listening?», 2007) Этот эффект совершенно не типичнен для жилых/речевых пространств и радикально трансформировал восприятие музыки и речи внутри храма.
По мере развития литургии и монастырских служб, медленные слитные хоралы, унисонные построения, ограниченные мелодические диапазоны оказались идеально совместимы с акустическими реалиями, поэтому музыка, архитектура и вера органично конструировали и дополняли друг друга.
← Схема собора с идеальной реверберацией → Собор Парижской Богоматери (1345)
Григорианский хорал: коллективное звучание и «растворение» индивидуальности в реверберации
Григорианский хорал (или пение)— это одноголосное, унисонное церковное пение, возникшее в Средние века и используемое в литургии Римско-католической церкви, основанное на библейских текстах. Его отличают медленным темпом, простой ритмической организацией и часто плотной, унисонной текстурой, однако без аккордов и особой гармонии. Такая музыка стремится к смешению голосов: индивидуальные интонации поглощаются и сливаются в единую, масштабную звуковую массу.
Реверберация в данном случае работает как «акустический фильтр», она снижает важность локальных фраз и индивидуальной окраски, зато усиливает эффект коллективного звучания и монотонного трансцендирования. Это как раз таки является важным для религиозных мотивов, кподеркиеванеи общности и уход от личности певца.
↓ Григорианский хорал Ave Maria. XVI век (фрагмент)
В итоге реверберация стала первой формой эмоциональной связи между человеком и звуком: она превращала обычное пение в переживание масштаба, священного присутствия и ощущение общности. Благодаря ей музыка переставала быть просто набором звуков, она становилась пространством, некой эмоцией, в котором человек ощущал себя частью чего-то большего, чем он сам.
Техническое овладение пространством: от храмов к студии
Death Grips in Sunset Sound’s Studio 1 Echo Chamber in 2015
XX век стал периодом, когда человек попытался взять контроль над этим явлением, но контроль этот заключался в контролировании реверации технологиями. Появление искусственных ревербераторов, а затем цифровых алгоритмов позволило «переносить» эффекты больших пространств в студию и использовать их не сколько неконтролируемый эффект, сколько как самостоятельный художественный приём. Техническое овладение пространством открыло путь к новым эстетикам: ambient-экспериментов Брайана Ино и густых текстур shoegaze, закладывая предпосылки для дальнейшей эволюции реверба в Cloud Rap.
← Echo chamber with pillars at Abbey Road Studios (Photo from CBS/Kathleen Craig) → Inside one of Capitol’s echo chambers
Эхо-камеры
Первые ревербаторы, которые бы мы могли встретить, стали эхо-камеры. Специально подготовленные помещения, стены которых покрывались рядами специальных звукоотражающих элементов из определенных материалов. Сигнал в камере воспроизводили громкоговорителем, а отражённый звук повторно записывали микрофоном. Одним из первых и самых известных случаев применения такого приёма считается опыт Билла Патнама (Bill Putnam), который в 1947 году использовал ванну комнату в своей студии для придания записи «Peg o’ My Heart». Характерное послезвучие в песне считается прародителем студийного реверба.
Использование эхо-камеры позволяло звукорежиссёрам контролировать реверб, довбовлять его и убирать, тем самым меняя эмоциональную окраску записи. Принцип позже трансформировался в интегрируемые реверб-блоки и плагины.
↓ The Harmonicats — "Peg o' My Heart"
← Пластинчатый ревербератор EMT140 → Spring-ревербератор
Механические ревербераторы: plate и spring
Переход от самодельных комнатных решений к аппаратным устройствам начался с Plate и spring ревербаторов.
Plate-ревербераторы (plate) — это крупная тонкая металлическая пластина, на которую подаётся сигнал и которая вибрирует; вибрации снимаются пьезо-микрофонами, формируя длительный и ровный хвост реверба. Первый аппарат оказал огромное влияние на звуковой язык студий 1960–1980-х годов. Plate дал бархатный, звучный и насыщенный «хвост», который лаконично вписывался в музыкальные композиции без привязи к пространству.
В песне “Heroes” Дэвида Боуи ревербация становится частью эмоционального замысла вместе с голосом певица. Для записи использовалась большая бетонная комната студии Hansa и три микрофона на разной дистанции. Если тихий фразы в композиции звучат сухо и интимно, то крик Боуи захватывает все холодное пространство вместе с длинным послезвучием. Таким образом сама громкость голоса управляла пространством. Дополнением к этому добавили EMT 140 plate, чтобы как клей объединить три разные по акустике микрофона в единое целое, придать вокалу «шёлковую» ширину и эмоциональную плавность и как раз таки еще больше удлинить «хвост». («Universal Recording: The Birthplace of Studio Reverb.», Verna, P. (1995))
↓ Дэвида Боуи — “Heroes”
Spring-ревербераторы (spring)
Второй механический ревербатор появившийся в 1930-х годах и стал коммерчески доступен в 1940-х, первоначально для использования в органах Hammond. Такие аппараты были компактнее, их тем был более «шершавый», часто придавал композиции ретро-окраску, характерную для рок и поп записей.
В первых записях The Beach Boys именно пружинный реверб Fender стал основой фирменного surf-звучания: шуршащий, немного «брызжащий» хвост создавал эффект морской пены и быстрой вибрации волн. Для самого ревербатора это исторически важно, так как он стал популярный именно благодаря «surf-звуку». Spring впервые превратился из технической функции усилителя в полноценный стилистический маркер целого жанра.
Эпоха 1950–1980-х: реверб как эмоциональный инструмент
Фил Спектор и «Wall of Sound»
Фил Спектор первый звукорежиссер, который перевернул представление о резервации. Эффект стал ощущаться не имитацией зала, а самостоятельным способом создания масштаба. Звук в «Wall of Sound» ощущетя плотным и многоголосым потоком с собственным эмоциональным пространством, которого удалось добиться с помощью эхо-камер и дублей.
Brian Eno и рождение ambient
Новая концептуальная плоскость с помощью реверба была создана Брайном Ино. В ambient-композициях он имитирует не физическое пространство, как все его пердшественники, а как раз таки делает акцент на атмосфере, длительные, тонально размытые звуковые поля, которые «формируют» пространство восприятия слушателя.
Главная идея заключалась в том что звучание должен гармонично сосуществовать с окружающей средой, а не подовлять его. Реверберация и длительная обработка как раз таки помогает создавать музыкальные состояние приближенные к медетатиным или интенциональным переживаниям.
